Chapter Text
Гарри дрожаще выдохнул, сжимая бумагу в руках.
— Вы уверены, что это хорошая идея? — спросил он у смотрящих на него с одобрением Рона и Гермиону.
— Это ужасная идея, — сказал Рон. — То есть, ты непременно должен это сделать, чтобы прекратить уже изводить нас своими метаниями, но идея всё равно отвратительная… — он дёрнулся, когда Гермиона толкнула его в бок острым локтем, и воскликнул: — Не стоит так переживать, Гарри, худшее, что он может сделать, — это откажет.
— Ну в этом-то и дело, — проворчал Гарри. — Я боюсь, что именно это он и сделает.
— Если он порядочный человек, он отнесётся к тебе с добротой, — мягко произнесла Гермиона. — А теперь иди и отдай письмо, а мы подождём тебя здесь.
Гарри кивнул и в который раз тщательно разгладил скомканные края конверта, прежде чем нерешительно выйти из гостиной своего факультета.
Гарри знал, что в этом году им всем не хватало радости. Дементоры в последнее время всё чаще кружили рядом с Хогвартсом, а его последние попытки вызвать Патронус были такими же жалкими, как и первые.
С учётом побега Сириуса Блэка из Азкабана и его недавних попыток проникнуть на территорию школы, все отчаянно нуждались в чём-то светлом.
Гарри не был настолько высокомерным, чтобы полагать, что его признание в своей любви принесёт радость в Хогвартс, но знал, что этим он, по крайней мере, избавит своих одноклассников от необходимости иметь дело с его вечно тоскующей задницей.
И если вид Гарри Поттера в счастливых отношениях добавит немного радости, то он был бы более чем рад оказать всем такую услугу.
Он шагал по лестницам, мягко ведя ладонью по перилам, и делая всё более решительные шаги по мере удаления от гриффиндорской башни.
В конце концов, через несколько минут он свернул за угол и добрался до места назначения.
Он остановился перед дверью и поднял руку, чтобы постучать.
И замер, внезапно осознав, насколько ужасной была идея, которую он собирался воплотить.
Наверное, ему стоило просто вернуться в башню и лечь спать. Или пойти и утопиться в Чёрном озере.
Гермиона и Рон, возможно, немного расстроятся, но Гарри знал, что они не смогут долго на него злиться, потому что и так в курсе, что он идиот.
«Да, — решил Гарри, — Это была худшая идея, которая когда-либо приходила в мою голову».
Дверь неожиданно открылась, и глаза Гарри распахнулись от удивления.
Профессор Снейп смотрел прямо на него.
Гарри молча пялился в ответ.
— Мистер Поттер, — профессор Снейп чуть склонил голову на бок. — Чему я обязан неудовольствию встречи с вами?
— Э-э, профессор Снейп… сэр, — нервно произнёс Гарри. – Я… э-э, просто хотел поговорить с… с вами кое о чём.
Профессор Снейп хмыкнул.
Гарри почувствовал, как его лицо залилось румянцем, и судорожно собрал остатки храбрости.
Он нервно переступил с ноги на ногу и, крепко зажмурившись, протянул руку с письмом.
Последовала долгая пауза, прежде чем Гарри почувствовал, как пальцы профессора Снейпа ловко вытащили конверт из его рук.
Гарри заложил руки за спину и принялся нервно теребить манжеты рубашки.
— Это письмо, — неловко начал он. — Для вас. То есть я... написал его вам, — Гарри отвёл взгляд. — Надеюсь, вы прочтёте его с открытым сердцем, — пробормотал он.
Профессор Снейп просто смотрел на него пустым взглядом, затем отступил и жестом пригласил Гарри войти.
Гарри на мгновение замешкался, но вошёл вслед за профессором и рухнул на один из стульев.
Профессор Снейп прошёл за свой стол и сел напротив.
Он быстро вскрыл конверт и начал читать.
Гарри оглядел кабинет, отметив банки с клубящимися зельями, глаза тритонов и полки, ломящиеся от тёмных, потрёпанных книг.
— У вас тут уютно, — сказал он с неуверенной улыбкой.
Профессор Снейп поднял взгляд.
— Здесь ничего не менялось со времён предыдущего преподавателя зельеварения, — бесстрастно ответил он. — Я ненавижу это место, — закончил он.
Улыбка Гарри застыла.
— О, — только и сумел он выдохнуть.
Профессор Снейп неторопливо читал письмо, и Гарри внимательно следил за выражением его лица.
Оно оставалось почти неподвижным, хотя порой на щеках проступала лёгкая краска.
Гарри старался изо всех сил, когда писал письмо. Он тщательно излагал свои мысли, стремясь, по его мнению, точно передать свои чувства к профессору Снейпу.
Он вложил в это письмо свои душу и сердце. И пролил над ним немало слёз.
Ему потребовалось несколько попыток, Гарри даже отловил Перси и попросил дать ему несколько уроков каллиграфии.
Он хотел, чтобы письмо было идеальным, прежде чем он отдаст его профессору Снейпу.
В конце концов, он так сильно переживал по этому поводу, что в итоге расплакался, когда Гермиона отвела его в сторону и сказала, что не нужно стремиться к идеалу — главное, чтобы было искренне.
— Неважно, как оно выглядит или что там написано, — сказала она. — Главное, чтобы шло от сердца.
Гарри постарался написать самое искреннее письмо в своей жизни.
Он лишь надеялся, что этого хватит, чтобы расположить к себе профессора Снейпа.
Профессор поднял голову и сложил письмо обратно в конверт.
Гарри посмотрел на него с надеждой.
— Возможно, это слишком низко даже для вас, мистер Поттер, — произнёс профессор Снейп.
Гарри остолбенел.
— Что?..
Профессор Снейп смял конверт в руке.
— Письмо с признанием, — прошипел он. — За последние три года мне пришлось столкнуться со множеством ваших жалких розыгрышей, но подобного я от вас не ожидал.
— Не надо, — предупредил Гарри. — Вы знаете, что это не розыгрыш. Не притворяйтесь.
Профессор Снейп холодно рассмеялся.
— Я не вижу, как это может быть чем-то иным, кроме глупой, необдуманной шутки, — он потряс письмом в воздухе. — Я учитель, мистер Поттер. Прежде всего, я взрослый, облечённый властью, и, несмотря на то, что вы, возможно, слышали обо мне, я не питаю склонности к детям под моим попечением. Вам тринадцать лет, и вы, возможно, один из худших учеников, которых мне выпало неудовольствие учить. Если у вас есть хотя бы искра надежды на взаимность, советую отнести её в Запретный лес на растерзание диким тварям, — с презрением закончил профессор Снейп.
Нижняя губа Гарри задрожала, но он изо всех сил старался держаться.
— Не говорите так, — прошептал он. — Не смейте оскорблять и обесценивать мои чувства. Я вполне способен разобраться в собственных эмоциях.
Профессор Снейп молча смотрел на него, пока гнев в его глазах не угас.
Он тяжело вздохнул, бросил письмо на стол и устало провёл рукой по лицу.
— Я профессор, мистер Поттер. Моя обязанность — научить вас навыкам, необходимым для взрослой жизни в магическом обществе. Я не ваш друг и не ваш возлюбленный. Даже если игнорировать разницу в положении, между нами значительная разница в возрасте, которая делает любые отношения невозможными, — сказал профессор Снейп.
Гарри опустил глаза и напряжённо размышлял.
— То есть вы имеете в виду… — медленно начал он, — что не будете встречаться со мной, потому что вы мой учитель и потому что я слишком молод?
Он вопросительно посмотрел на профессора Снейпа.
Тот кивнул.
Гарри воспрянул духом и уверенно кивнул в ответ.
— Тогда ладно. Я просто подожду, пока не перестану быть вашим учеником, и повторю предложение, — широко улыбнулся он.
Профессор Снейп нахмурился.
— Погодите, нет, я не это имел в виду.
Гарри проигнорировал его и вскочил на ноги. Он подобрал письмо со стола и сжал его в кулаке.
— Пожалуйста, дождитесь меня, профессор, — решительно сказал он. — Я вернусь, когда закончу школу!
Он распахнул дверь кабинета и счастливо выбежал наружу.
Профессор Снейп сидел в кресле с ощущением, что это только начало его проблем.
Гарри вернулся в гостиную, весело насвистывая.
Гермиона вскочила на ноги.
— Ну и? — с тревогой спросила она. — Как всё прошло?
— Он отказал мне, — радостно сказал Гарри.
— Отказал, — повторила растерявшаяся Гермиона.
— Да, но всё в порядке, потому что профессор Снейп отказал только потому, что я слишком молод и к тому же его ученик, — легко объяснил Гарри. — Так что я подожду, пока не закончу Хогвартс, и попробую снова.
— ПРОФЕССОР СНЕЙП?! — пронзительно воскликнула Гермиона.
Рон зажал уши ладонями.
— Мерлин, Гермиона, а можно ещё громче? А то не все расслышали!
Гарри странно посмотрел на неё.
— Почему тебя удивляет, что я влюблён в профессора Снейпа?
Гермиона смотрела на него в замешательстве.
— Я думала, ты имеешь в виду Малфоя, — прошептала она, беспокойно оглядываясь. — А не нашего чёртового профессора зельеварения!
Гарри и Рон скривились от отвращения.
— С чего бы мне влюбляться в этого придурка? — спросил Гарри, пока Рон изображал рвотные позывы.
Гермиона просто посмотрела на них, потом закрыла глаза и развернулась.
— Мальчишки, — пробормотала она, уходя. — Почему я вообще дружу с мальчишками?
И она скрылась, что-то ворча себе под нос.
Гарри сконфуженно посмотрел на Рона.
Рон только пожал плечами:
— Не знаю. Мне казалось, было очевидно, о ком ты.